?

Log in

No account? Create an account
August 2008   01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
Заточили скальпели

Манифест журнала ОРГАНОН. (http://organon.cih.ru/)

Posted on 2008.08.14 at 12:58
Current Location: Всюду
Current Mood: Ораторственное
Current Music: the Kovenant. "New World Order".
Tags: , ,
Новый Органон.

Вроде бы Манифест.


Прежде чем прочтёте этот текст — забудьте всё, что вы когда-либо знали о нём, слышали, прочитывали, понимали. Этот текст тоже ничего не сообщит вам: знание от том, что такое «литературный журнал Органон» скрывает о вас только одно «нажатие» курсора. Общепринятые прочтения неверны, индивидуальные аберрационные — не верны ещё больше, сродни тому, как оригинал неверен по отношению к переводу. Каждый текст является переводом, у каждого свой собственный язык, на который и с которого он, каждый, - в меру сил переводит. Некоторым это удаётся лучше, чем иным, многие воспринимают лучше чужие дескрипции, чем собственную речь. Им внимают с почтением и наслаждением, хороший, и, особенно — превосходный перевод, ценен сам по себе, безотносительно того. что же хотел сообщить нам некий автор. И мы, заурядные и экстраординарно благодарные читатели, стараемся быть предельно внимательными к этому переводу. Он — суть подлинный Дом Бытия, согласно Мартину Хайдеггеру, это самое явственное и достоверное свидетельство о том, что теряют, в пользу каких-то сомнительных выгод, современные люди.

И, если вы надеетесь на инспирацию в прочтении этого журнала, как будто он должен вас вдохновлять на что-либо самостоятельное, лучше не читайте его: каждый находит источник соблазна, и, забывая свой собственный уникальный диалект, - свидетельствующий о Бытии, как ничто иное, - начинает изъясняться переведёнными с переведённых словами, фразами, произвольной длительности суждениями, постепенно теряя те немногие знания, которые были присущи ему изначально. Знания, навыки, причастные, в свою очередь - Первоначалу, Примордиальному: единственно избавленному от досадных и фатальных ошибок современности. Так мореплаватели должны были опасаться Сирен, чтобы не потерять свою память: одних увлекает бойкая, торопливая женская проза, иных - угрюмая сумрачная мужская поэзия, третьих — теургические заклинания философов, многое теряющие в прочтении с монитора. Это — обыкновенные люди, из плоти и крови, вы наблюдаете их ежедневно, доверяясь эфемерному обыденному или разубеждаясь в очевидном, - различие заключается лишь в том, что литература сохраняет присущее изначально ей знание об инобытии, всём разнообразии, таящемся в непроницаемом, монотонном миропорядке, внушающем бессознательное сомнение в его.

Поэтому мы можем рассказать вам лишь о том, ем мы располагаем в данное время, здесь и сейчас. И о том, чего мы, вероятно, надеемся достичь. Чтобы предложить вам наилучшие инструкции по применению — несмотря на то. что общепринятые и постулируемые иррегулярно прочтения неверны, Новый Органон продолжает быть, и впредь будет инструментарием.

Внимание! эта запись должна могла быть сочинённой коллективно, и потому, отныне и присно она всегда открыта для редакции, сокращений и дополнений, предлагаемых авторами указанного журнала.


Каталог предоставляемых практических методологий.


Проза.
Это протокол. Подробное, отчётливое и целостное свидетельство, где не должно быть ни одного лишнего слова. Как и во всех других жанрах. Но в мире подлинного нет ничего лишнего: усматриваемое и перманентно наблюдаемое «лишнее» - это всего лишь поверхностная «кажимость», замещающее то, что действительно должно быть очевидным. Проза подлинная даёт знание о мире каким он представлен за поверхностью «кажимости»: слишком многое ускользает от внимания современного наблюдателя, чьё зрение, и другие биомеханизмы восприятия, ослаблено монотонным повторением. Превосходная проза преодолевает это повторение: в самом элементарном, схематическом, плоском (двухмерном) внезапно обнаруживается новая, доселе неизвестная постороннему наблюдателю грань: всё возможное и невероятное разнообразие чувств, ощущений. мысли, которые невозможны вне естества воспринимающего, обретают своё инобытие в повествовании и описании.

Поэзия.
Во многих Традициях, прежде всего — известных нам, - в античной и индуистской, Мир сотворён на мелодической основе: мироздание подобно тайной партитуре, которую дано «расшифровать» и воспроизвести лишь поэтам и философам. Подлинная поэзия раскрывает перед читателем или слушателем первичный порядок Сущего, примордиальное естество вещей: то, какими вещи были явлены до того, как обросли разнообразными, но чаще всего невыразительными, блеклыми значениями. Согласно доктринам пифагорейцев, музыка обладает целительными силами; подлинная поэзия действительно исцеляет, рассеивая морок монотонной «кажимости» окутывающий современного человека. Ритмически организованное слово, поэзия способна наделить голосом того, кто им никогда не владел, заставить услышить неразличимое даже самими современной, притязающей на совершенство техникой.

Опыты
Опыт — это то, что переживается как внутренняя трансформация. Нередко она бывает незаметной, едва ощутимой, но нередко же — производит неизгладимое впечатление на читателя. Если проза и поэзия представляют мир таковым, каким он должен быть представляться человеку, не чуждому искусств, то Опыты оформляют это представление для тех, кто ещё не овладел особым мастерство созидания и претворения умозрительно.
Опыт, в частности, эссе, научная и около-научная публицистика, вне-жанровые записи, - в известных случаях может стать той спасительной помощью, в которой современный читатель, стремительно теряющий способность ориентироваться в системах координат мировой культуры, и теряющий собственный язык, не обретающий, вместе с тем, навык перевода, должен своевременно получать из первых рук; от тех, кто опробовал все возможные и невероятные методы и средства, теории и практики, техники и методологии на себе. Опыты не объясняют, что и как сделать: они доводят до сведенья то, или Иное, причастное к высшему порядку, после чего вы сами должны решать следовать ли хорошему, или дурному примеру.

Скорлупы
Эпитомы из достойных внимания и доверия источников. Мимолетное слово, понравившаяся сиюминутно фраза, увлёкшее с первых слов надолго повествование или пространное пояснение. Эта рубрика создана для того, чтобы никто не мог упрекнуть нас в ограничения. Для нас важна самостоятельность авторов и ценности их сочинений, а не то, для кого они пишут. Скорее всего, - для самих себя, и мы не считаем необходимым ограничивать честолюбие авторов, коль скоро благодаря этому честолюбию им удаётся превзойти полиморфное и безличное «сетевое письмо». Мы стараемся согласовать обогащение новыми влияниями и основополагающие качественные критерии литературы.
К нашему, и не только, счастью, в настоящее время появилось предостаточно авторов, в определённый момент сумевших отторгнуть соблазн внутри-сетевого дискурса, не писать на потребу озлобленной и мстительной публики, жаждущей нелицеприятных зрелищ в форме самообличения, периодического, нередко весьма многословного, проявления стыдливой интеллектуальной и душевной лени, только для того, чтобы убедится в «наихудших опасениях», которые они сами и порождают. Разнообразные ипостаси «злобы дня» полнят многие сетевые ресурсы, в этой ситуации нам приходится быть особенно внимательными к тому, что происходит с современным Автором, - чтобы своевременно помочь ему освободится от болезненной и тягостной зависимости информационного «плена», подкупающего и покоряющего своей сомнительной «искренностью».
Also, «Скорлупы» - это то, что сохраняет как никогда раньше уязвимое живое слово, схваченное нами, на самом деле же — самим Бытием, прежде чем оно будет потеряно в алеаторном информационном космосе. Почему мы называем эти слова подлинно живыми? Потому что жизнь в настоящее время подобна крохотному островку, потерянному в безбрежном океане информации. Этот остров для кого-нибудь может оказаться спасительным - например, для тех, кто потерпел кораблекрушение.

Критика.
Самая страшная рубрика. Здесь происходит таинство развоплощения более или менее неудавшихся авторов, а также техника engage, - то, что достойно внимания, будет превознесено; то, что не заслуживает снисхождения, должно быть разрушено. Наша критика не сражается с эпидемическими болезнями, присущими Эпохе; как и не обороняет драгоценного, потому что благодарного, читателя от дурных, как правило — заразительных, вредоносных примеров. Как и другие наши директории, Критика не более, чем сообщает, ставит в известность, предупреждает о соблазне, который не «срабатывает» в настоящее время в силу заведомой, неизбежной диспропорции между обещанным и действительным. Вернее, между тем. на что уповает читатель, и тем. что может предоставить Автор: критика утверждает, что обольщаться опасно, редкий читатель осознаёт, насколько сложно бывает преодолеть первичное обольщение, сиюминутную страсть, чтобы разочарование не было столь сильным, способным убить интерес и сочувствие к литературе в целом. Чтобы это не произошло, и нужна Критика.

Заключение:
Как было заявлено в интродукции, мы рекомендуем нашим читателям, воспитанным в лучших традициях общепринятого прочтения, немедленно забыть всё, что было изложено выше. В том случае, если эта мануаль, инструкция по применению, не будет читателю полезна, в ином же случае мы предлагаем вам сочинить и где-нибудь опубликовать собственный вариант подобной инструкции. а также разнообразные тексты, которые созданы с её помощью. Всего вам наилучшего, и, прежде чем попрощаться, просим вас о следующем:
НЕСИТЕ НАМ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ СВОИХ ТЕКСТОВ И УВИДИТЕ, КАК МЫ БУДЕМ ЭТИ ДОВОЛЬНЫ.
Вот.

учиняю троллинг

Генерация нового Мема.

Posted on 2008.08.12 at 12:17
Current Mood: Воинственное.
Current Music: Suffer the Children, сами-знаете-кто
Tags: ,
Предупреждаем всяческих разнообразных и идентичных: вы присутствуете на Таинстве.

Одна малабарская редакция. Ближе к вечеру. У редактора отдела культуры звонит телефон.

Р е д а к т о р: Алло?

Ч и т а т е л ь н и ц а: Здравствуйте, я не знаю, туда ли я позвонила...

Р е д а к т о р: А это смотря куда вы хотите попасть.

Ч и т а т е л ь н и ц а: Я хочу попасть в газету "Malabar Times".

Р е д а к т о р: Да, это мы.

Ч и т а т е л ь н и ц а: Я хочу вам сказать... (Неожиданно.) Перестаньте писать про Россию гадости! Сколько можно писать гадостей про Россию!.. Как вам не стыдно!.. Что вы себе позволяете?.. Перестаньте писать гадости...

Р е д а к т о р (оторопело): Подождите, подождите! Где у нас гадости про Россию? Вы про какую газету говорите?

Ч и т а т е л ь н и ц а: "Malabar Times"! Сегодня нам пришла эта газета, а в ней - гадости про Россию! Сколько можно писать гадости про Россию?.. Вам что - мало что ли?.. Сплошные гадости!..

Р е д а к т о р (с мыслью: "Какие гадости? И почему газета пришла сегодня, она же выходит по пятницам?"): Уважаемая женщина! На какой полосе у нас гадости про Россию?

Ч и т а т е л ь н и ц а (переходя на ультразвук): Я НЕ ЗНАЮ НА КАКОЙ ПОЛОСЕ НО ПЕРЕСТАНЬТЕ ПИСАТЬ ГАДОСТИ ПРО РОССИЮ СКОЛЬКО МОЖНО СПЛОШНЫЕ ГАДОСТИ ПРО РОССИЮ ПЕРЕСТАНЬТЕ ПИСАТЬ ГАДОСТИ ПРО РОССИЮ ГАДОСТИ ПЕРЕСТАНЬТЕ!!!

Трубка. В смысле - занавес.


Опасайтесь спам-ботов, мимикрирующих под патриотов. От angels_chinese, PR приветствуется, на девятом валу Тенденции и пятой колонне.

И ещё одно заявление, прежде чем здесь появится шестая серия кратких рецензий.
Вкратце об авторе этого блога.
Я заметил, что среди читателей всех Живо-журнальных записей преобладают люди, значительно или не особо старше меня. В профиле указана "ложная" дата рождения. Почему ложная? Потому что подлинная дата для искушённого, но непредвзятого читателя и, тем более, автора, ни малейшего значения не имеет. Обративший же на неё внимание, как правило - молод. Моложе, чем "иррегулярная дивизия цензоров", учреждённая с 14 апреля 1983 года, и теперь только мобилизированная в полном составе. Впрочем, подлинная дата при данном содержании журнала свидетельтвует об одном: преждевременной старости автора, именно на этом основании возразившие могли бы уличить меня в постыдной мстительности (за якобы несодеянное). У-у, свирепый цензор, а-а, проходу не даёт, душит таланты, чтобы не сказать - гениев, в зародыше.
Ещё могут припомнить афоризм о самоисцелении, адресованный врачу, и меня самого 18-20 лет. Предпочитаю отвечать на вопросы прежде, чем их зададут иные, заведомо готовящие гневное опровержение:
В восемнадцать лет я ничего не писал, в двадцать - не стремился немедленно издать свои сочинения. В двадцать три года я отвечал на вопрос "Где твои книги, публикации?" - "Ещё не время". С вниманием и пониманием относился к самой беспощадной критике - если это бывала критика, а не "отповедь", авторов которой порой так весело травить (истерика тоже может быть трогательной).
Никуда не опаздывает тот, кто никуда не спешит; лучшие годы своей жизни следует потратить на что-нибудь лучшее, чем написание скверной прозы и поэзии. Что я и сделал. В лучшем случае следовало начать в тридцать, тридцать пять, не раннее, но придётся повториться: "многия мудрости" принесли "многия же печали", и состарили меня. Эти "примеры про хорошоtm", о которых я узнал слишком рано (один только Розанов в шестнадцать) подтверждают опасения: если преждевременено состарившиеся уже не хотят, то преждевременно начавшие уже не могут. Да, уже: из всех кандидатов, которых мне довелось читать, пока что лишь один очевидно понимает, что означает "начать вовремя", чтобы не завершить на полуслове, "услышав" повелительный окрик цензора.

Заметил, что на протяжении пяти записей в этом журнале не появилось ни одного доброго слова, если не считать нескольких комментариев. Это не лучшим образом способствует прогрессу и дальнейшему улучшению ситуации, поэтому, мы решили несколько разнообразить это ужас и аморальный террор несколькими заключениями экспертной комиссии:

§ 1. Я научился писать и не могу бросить. Что делать? / Как стать литератором?

1.1. Никак. Становитесь редакторами, чтобы самим отчитывать почём зря «не могущих бросить»; корректорами, чтобы клясть на чём свет стоит злостно нарушающих орфографию и прочие Каноны (они при этом трогательно краснеют и почтительно извиняются, что весьма и весьма приятно); менеджерами средних звеньев, косметологами, политиками, космонавтами, кем угодно, но — до какой степени нужно себя-внутреннего не уважать при остервенело-дерзкой внешней наглости, чтобы стать литератором. Только сумевший совместить верх бесстыдства с крайней совестливостью, оксюморон из плоти и крови, может себе позволить такую роскошь, как быть писателем, поэтом, эссеистом, и другими сущностями подозрительного свойства и характера.
1.2. Если вы уже настолько испорчены разумом и душой, что не можете отказаться от сомнительного каприза «стать литератором» — смотрите следующий параграф.

§ 2. Я вообще не могу бросить писать! Что делать?!

2.1. Не отчаивайтесь, нам не впервой оперировать в особо неблагоприятных условиях. Заведите себе блог, аккаунт на форуме или иных тематических ресурсах, - форма не важна, - стачивайте ногти, и кончики пальцев до мяса об клавиатуру, и будет вам психическая компенсация материальных потерь: вас будут читать, вами будут восхищаться и вас будут ненавидеть. Готовьтесь к тому, что последнего свойства аудитория, - ненавидящих всё, что только может быть сочинено и записано, будет несравненно больше, чем ваших почитателей.
2.2. Имейте совесть (и обращайтесь с ней хорошо, даже если не пользуетесь ею по назначению), - не считайте свои сочинения сразу — литературой. Даже зная, что литератора, как и художника, музыканта и других людей творческих профессий, самоё собой делает не талант и даже не грамотный PR. Литератора делает литератором -
2.3. Во-первых: основательно аргументированные симптомы заболевания (история болезни с компетентным заключением консилиума врачей). Призвание — это болезнь, это болезненная мания, при которой все медикаменты действуют с множеством побочных эффектов. Повышенная чувствительность, быстрая усталость, раздражительность, слабо мотивированные, а то и бессознательные поступки, и, конечно же, мстительность, непреходящая мстительность.
Всё это излечимо, но, представьте себе сколько страданий обещает интенсивная терапия!
2.4. Во-вторых: способность к чему-то помимо, собственно, литературы. Это не к тому, что дурное дело не хитрое, а писаниной много не заработаешь. Это к тому, что в литературу не приходят с «пустой головой»; любому автору, будь он гуманитарием или представителем точных наук, необходим более или менее «богатый» жизненный опыт. В настоящее время слишком многие начинают писать (о, ужас!) только от того, что их внешнее окружение и внутренний мир скуден, нищ; переживания слабы и невыразительны, а ими с кем-то хотелось бы поделиться. Опустошённость жизни не особо способствует обогащению литературы (вашим именем в том числе).
2.5. В-третьих: отсутствие зависти к успеху других. Да, мы совершенно бескорыстно презираем определённые сорта печатной продукции, нам никто не приплачивает за нашу брань в адрес ангажированных персон. Литературу не возбраняется в определённые моменты, - а они нередко случаются, - сконцентрировать всю свою ненависть на неком объекте особо раздражения. Разумеется, бесплатно.
Но, как и всем врачам, нам платят только за то, чтобы мы предупреждали или лечили болезни. Мы желаем вам блага, именно поэтому без малейшего сожаления ампутируем с тела «литературы» ваши сочинения, как паразитарные организмы, вредоносные опухоли, рудименты и т.п.
2.6. Если вы до сих пор ещё пишите... нет, мы не идём к вам. Мы просим принять к сведению следующее (не то станет ещё хуже):

§ 3. Как сочинить что-нибудь стоящее (хоть чего-то)?

3.1. Совет главный: не пишите в каком-то одном стиле, если не уверены, что стиль этот действительно «ваш». Имеет смысл подражать мастерам, но исключительно в порядке самообразовательной практики. Почувствовав, что сможете написать «не хуже» одного, не успокаивайтесь, продолжайте работать. Пока критика не составит компетентного мнения: "и в самом деле" не хуже".
3.2. Если вы стараетесь писать в стиле литературного «мэйнстрима», сочините и где-нибудь опубликуйте что-нибудь маргинальное. И наоборот. Не роман и не повесть — рассказ; не целую книгу, но одно эссе. Скорее всего у вас ничего хорошего не получится, и это будет означать, что вам не следует этим заниматься ни тем, ни другим. До определённого времени, когда вы сможете с лёгкостью написать и то, и другое.
3.3. Не сочиняйте и не записывайте что-либо, «вдохновлённое» уже опубликованным в интернете. Смысл сочинять что-либо есть только в строгом разграничении с предъявляемыми требованиями к тексту редакторов и аудитории читателей блогов, форумов и т.д.
3.4. Если некто, чей блог полон бессмысленных и беспощадных к терпению искушённых читателей записей, комментирует ваши литературные изыскания дежурными фразами «как хорошо!», «пиши ещё» и т.п., значит вы что-то делаете неправильно. Есть смысл забанить «осквернителя», дабы не ввёл он вас в искушение продолжить бездарно тратить драгоценное время — своё и критиков.
3.5. Научитесь ругаться. Матом. Но лучше научится ругаться, не применяя ненормативной лексики. Как ни странно, в настоящее время мало кто способен действительно ругаться: как только авторское письмо, прямая речь персонажа или рассказчика сбивается на грубость, эта дисфункция становится очевидной. Говорящий / пишущий мнётся, стесняется, нервничает, произносит какие-то «неуклюжие» и «аляповатые» фразы, сбивается на бессвязный речитатив, но так и не «ругнулся». Брань порождается гневом и должна порождать гнев. Она должна ударять по хрупкому болезненному самолюбию или по несокрушимому спокойствию так, чтобы не выдержало не то, ни другое. Остальное — не брань, но кокетство с читателем, ищущим в тексте одни только «сальные шутки».
3.6. Не обращайте внимания на грамматические ошибки. Внимания заслуживают только ошибки синтаксические и стилистические. Если вы замечаете за собой педантичную привычку исправлять ошибки сразу же после того, как напечатали или написали от руки одно-два слова, это означает, что ваша мысль сбивается, и пластичного, вместе с тем — конструктивного повествования и описания уже не получается.
Что не отменяет того факта, что ошибки исправлять всё-таки придётся *исправляет «е» на «у»*.
3.7. Не записывайте все свои внутренние переживания и внешние условия вашей жизни. Постарайтесь припомнить ситуацию, когда вы чем-либо отличились в кругу своих знакомых в реальности и по никнэймам в сети, ровесников, младших и старших. Иначе
- Что это с тобой? Чего печалишься?
- Понимаешь, я не нахожу в своей жизни ничего стоящего внимания, о чём можно было бы вспомнить с гордостью, я заурядный неудачник...
- Не переживай, тебе просто надо выделиться из среды всех этих неудачников, не знающих настоящей жизни!
- Ну, конечно, я стану вести блог!
- [бранный неопределённый артикль]...
3.8. Не пишете о сексе и, тем более, любви. В смысле — не пишете о любви и сексе плохо: одно плохое сочинение на тему любви и секса стоит десяти плохих романов о политике и терроризме. Потому что о политике и терроризме написать хорошо сравнительно просто, а о любви и сексе — практически невозможно (испорчены Фрейдом, сертифицированы Уэльбеком см. роман «Платформа» последнего).
3.9. И, наконец, несколько слов о сюжете. Надеюсь, вы уяснили из предыдущих тезисов, что «рассуждать о себе с аппетитом» (Тургенев) при перманентной нищете впечатлений и опыта уже старó. Лирические герои, опустошённые самой реальностью, не доставляют читателю даже злорадства, - нечему завидовать (см. также тезис 2.5.), сами такие. Если в вашем прошлом не завелось ничего, достойного внимания иного, изобретайте собственное прошлое, несравненно более насыщенное событиями и впечатлениями. Наполняйте повествование и описание персонажами, кажущимися интересными не только вам одним. Не позволяйте этим персонажам произносить банальные реплики, - те, что вы слышите и прочитываете почти ежедневно. Экзотические имена не восполняют недостаточность характера и описания внешности, стало быть, следует восстанавливать симметрию между именем и сущностью.
Остальное вы должны понять и осуществить сами.

§ 4. А правда ли то, что все критики — неудавшиеся литераторы? и т.п. вопросы.

4.1. Сущая правда. Потому что критик должен знать, наряду «хороших примеров» примеры «плохого», «очень плохого», «ужасного» в всех смыслах, «внутренне кошмарного и внешне беспомощного». Так как в эпоху слишком доступного образования примеров последних четырёх категорий становится всё больше, а первой — почти исчезли, приходится поневоле согласится с тезисом: да, мы неудачливы. Нам не удалось убедить тех, или иных пишущих, что их сочинения бессмысленны и беспощадны (к терпению читателей). Да, кстати, в этом журнале преимущественно компилируются цитаты вполне состоявшихся авторов отнюдь не жанра критики.
4.2. Сущая правда. Вы можете повторять для себя это утверждение на манер мантры, мы одобряем терапевтический эффект подобных повторений. Но таковым повторением, справедливости ради скажем, занимаются лишь безнадежные пациенты.

§ 5. А ещё:

5.1. Нам никогда не было лениво сочинить пространную, едва ли не превышающую объёмом само сочинение критику к стоящему того; хорошие произведения заслуживают того. чтобы писать о них много, указывая читателю на них и направляя читателя к ним. Мы ищем таких авторов, о которых приятно сочинить вовсе не злорадную и не циническую критику. И печалимся только о том. что нам они встречаются не чаще, чем солнечное затмение в календарном цикле и не потому, что мы привередливы. Потому что см. тезис 4.1.